k
главная страница демография
миграция
население регионов статьи в журналах учебная литература афоризмы
фото




ОЦЕНКА  ВОЗМОЖНЫХ И НЕОБХОДИМЫХ МАСШТАБОВ ПРИВЛЕЧЕНИЯ ИММИГРАНТОВ В РОССИЮ

предыдущая страница
содержание
следущая страница



РАЗДЕЛ 1

МИГРАЦИОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ СТРАН НОВОГО ЗАРУБЕЖЬЯ И ВОЗМОЖНОСТИ ЕГО ПРИВЛЕЧЕНИЯ В РОССИЮ

 1.1.  «Миграционный потенциал» и подходы к его определению.


     Еще в конце ХIХ – начале ХХ веков термин «потенциал» фигурировал лишь в физико-математических науках и использовался при изучении электрических и магнитных явлений (1.с.1053). Позднее это понятие получило «прописку» в социальных науках. Наряду с «трудовым потенциалом» и «демографическим потенциалом» появились такие понятия как человеческий, миграционный и даже социальный потенциал, рассматриваемый Г.И. Осадчей  как интегральное понятие, характеризующее возможности субъектов разного уровня в решении перспективных задач социального развития (2. с. 236).

     Категория «миграционный потенциал» стала крайне актуальной в конце прошлого века. Она привлекла внимание демографов, которые уже в первой половине 90-х годов предприняли попытки оценить миграционный потенциал нового зарубежья, возникшего в результате развала Советского Союза. Можно привести несколько высказываний тех лет относительно величины миграционного потенциала, включая и собственное представление об этом понятии.

    Начнем с  А.Г.Вишневского, который в 1994г. писал, что "...российская диаспора в "ближ­нем зарубежье" насчитывает примерно 37-38 миллионов человек".  В ее состав он включал этнических русских; нерусское, но русскоя­зычное население и представителей коренных нерусских народов России, считающих родным язык своей национальности. Оговорившись, что в подобном определении есть немало условного, он добавляет, что ядро "российской диаспоры составляет русское и русскоязычное население" (2. с. 24-25.). Заметим,  что скорее всего, в миграционный потенциал надо  было включать русских и другие титульные народы России и лишь потом русскоязычное население. Это не в порядке критики, а так,  между прочим.

      По мнению одного из наиболее авторитетных специалистов по миграционной проблематике Ж.А.Зайончковской, Россия должна сохраниться как общее прибежище для всех народов бывшего СССР, как бы трудно ей самой это ни было. Она считала, что уход пришлого населения не решит проблем перенаселенности в ряде стран нового зарубежья, поэтому рано или поздно начнется исход из этих стран и представителей их коренных этносов. Далее она писала, что "... Россия пока не слишком гостеприимная страна. России еще предстоит осознать, что проблемы Средней Азии и Кавказа это и ее проблемы" (4.с. 26-27). Высказывания Ж.А.Зайончковской оказались достаточно прозорливыми.

      Французский специалист по миграции А.Тенги миграционный потенциал для России в первой половине 90-х годов определяла исключительно по числу русских, оставшихся в новом зарубежье, т.е. в 25 млн. человек (5).  Здесь не учтена ни специфика формирования российского государства, ни характер расселения её населения, ни то, что титульными для России являются не только русские. Перенесение ею опыта взаимодействия Франции с государствами Магриба на российскую действительность, не могло быть продуктивным в осмыслении миграционного потенциала России. 

     Но не только в первой половине, но и все 90-е годы в работах, где речь шла о миграционном потенциале, даже если этот термин не упоминался,  все равно, если это явление имелось в виду, то речь шла о численности населения, проживавшего в странах нового зарубежья, не зависимо от того, относилось ли оно только к русским, или русскоговорящим, или ко всем титульным народам России, или даже ко всем бывшим гражданам СССР.

        Нами в середине 90-х годов был предложен следующий крите­рий предпочтительности  включения различ­ных народов, проживающих в новом зарубежье, в миграционный потен­циал. Этот критерий генезис различных частей населения России. Это, по сути, геополитическая константа, в  за­висимости от которой  все население было разделено на четы­ре группы.

     1. Собственно русские потомки древнерусской народности,  с которыми за их более чем тысячелетнюю историю активно взаимодейс­твовали и ассимилировались как многие народы, населявшие тепереш­ние пространства России,  так и те народы, которые различными пу­тями (в том числе и не мирными) проникли на эту территорию;

    2. Коренные народы,  проживавшие на тех территориях, которые в разное  время и различными способами (добровольно или путем завоевания) вошли в состав российского государства и стали,  наряду с этническими русскими, титульными народами общей для них страны;

    3. Народы,  являющиеся  представителями титульных националь­ностей стран нового зарубежья,  которые до начала 90-х годов ХХ века вместе  с народами России были гражданами единого государства СССР. Среди тех из них, кто проживает за пределами России (по данным переписи 1989 г. их   было свыше 105 млн.  человек),  примерно 10%  считали родным языком русский;

    4. Народы,  в то или иное время оказавшиеся в силу различных причин на территории России и интегрировавшиеся в  ее  население. Одни  из  них ранее были подданными Российской Империи (например, поляки),  другие еще во времена Петра I и Екатерины II были приг­лашены  на  жительство и уравнены в правах с коренными гражданами страны (немцы,  чехи), третьи (французы) оказались в России в ка­честве пленных и растворились в ее населении,  четвертые остались в России,  отказавшись от возвращения в  свои  государства  после территориальных изменений (небольшое число японцев и заметно больше корейцев) и т.д. У всех этих народов разная судьба,  но есть и то, что их объединяет наличие исторической родины,  государств,  для которых они сами являются титульными национальностями. Часть людей, объединенных в эту группу, после развала СССР оказалась в России, другая   в странах нового зарубежья. (6. с.37-38).

          Предложенная стратификация населения российского государства, по мнению её автора, позволяла дать оценку миграционного потенциала в странах нового зарубежья, выявить ту его часть, которая прихо­дится на соотечественников, имевших бесспорное право на российское гражданство и соответствующую помощь по облегчению переселения на историческую родину. Такой подход мог бы позво­лить выработать адекватную российским интересам политику в отно­шении всех желающих вселиться в Россию, вне зависимости от их гражданства, национальности, знания русского языка, исторического генезиса и т.д.

      Объединяющим признаком для всех приведенных выше высказываний, включая и последнее, является численность той или иной совокупности населения, в основе формирования которой лежит либо этни­ческий признак в чистом виде, либо этнический признак в комбина­ции с языковым, либо геополитический в сочетании с этническим. По сути, не раскрывая, что такое «миграционный поте6нциал», все, в т.ч. и упомянутые А.Тенги, А.Г. Вишневский, Ж.А. Зайончковская, Л.Л. Рыбаковский, тем не менее, предлагали свои оценки его величины. Причем у всех исследователей численность населения, независимо от его этнической и иной принадлежности, служила критерием определения миграционного потенциала.

       Но количественная мера – это лишь необходимое условие, отнюдь еще недостаточное для определения реальной величины миграционного потенциала. Это, по сути, теоретические границы  миграционного потенциала, которые для различного времени, разных стран и этнических групп населения, могут весьма существенно отличаться.

     Значительно больше понятию «миграционный потенциал» повезло уже в начале ХХI века. Правда, и в новом столетии почти все, кто соприкасался с этой проблематикой, не пытались дать определение миграционному потенциалу. А.Г. Гришанова, проанализировав огромное число работ, посвященных миграции, в том числе и из стран нового зарубежья, пришла к выводу, что этот термин используется без его смыслового наполнения. Она показала, что лишь в двух источниках дается определение этого понятия (7).    

     Одним из авторов, достаточно серьезно исследующего миграционный потенциал стран нового зарубежья, является В.И. Мукомель. Им предложено следующее  определение: миграционный потенциал соотечественников – максимально возможная на данный момент численность потенциальных мигрантов, которые могут выехать из страны проживания при условии сохранения значимости и структуры выталкивающих и привлекающих факторов (8). Дав это определение, автор еще долго объясняет, кто такие соотечественники. Это понятие, по сути, не определенное до сих пор, что лишает его инструментальности. К тому же потенциальная миграция – это еще не реальный миграционный процесс, она во многом определяется ситуационными условиями, а не реальными установками на миграцию. К тому же, потенциальная миграция всегда много меньше, чем реальная. (9.с.49).

       Другое определение миграционного потенциала дано в «Демографическом понятийном словаре» (10.с.177) и затем повторено Т.Н. Юдиной в «Миграция. Словарь основных терминов» (11.с.156). В определении говорится, что этот термин  применяется для оценки возможных к переселению в Россию из нового зарубежья соотечественников (та же неопределенность), оставшихся там после образования независимых государств. Само понятие трактуется неоднозначно. В качестве миграционного потенциала принимается либо все русскоговорящее население, проживающее в новом зарубежье, либо только титульные для России национальности, либо те, кто является в этих странах мигрантами, всех лет вселения туда из России (не их уроженцы), либо те, у кого социологические опросы выявили установки на миграцию в Россию и др. Приходится признать, что приводимое в обоих справочниках определение миграционного потенциала,  достаточно расплывчато, у него  отсутствует также инструментальная направленность, в связи с чем, практическое использование понятия в приведенной формулировке  не представляется возможным.

      Чтобы сформулировать понятие «миграционный потенциал», причем сформулировать так, чтобы можно было выработать критерии оценки этого явления, нужно, прежде всего, выявить суть понятия как такового, а затем специфику понятия «миграционный потенциал».  В таких социальных науках,  как психология, социология и ряде других понятие – это  символическое отображение существенных свойств предметов окружающего мира, одна из логических форм мышления, высший уровень обобщения, совокупность свойств, признаков и отношений объектов, выделяемых данным понятием, форма мысли, обобщенно отражающая предметы и явления посредством фиксации их существенных свойств и т.д. Эти определения взяты из «Глоссария психологических терминов». Под ред. Н.Губина,  «Словаря практического психолога», автор С.Ю. Головин, «Толкового словаря психологических терминов», авторы  В.М. Блейхер и И.В. Круг, Белорусской энциклопедии  «Социология» и других подобных изданий. Перечисленные формулировки мало чем отличаются от определения, которое более 100 лет назад стало энциклопедическим благодаря Ф.А.Брокгаузу и И.А. Эфрону. Понятие – это представление, при помощи которого  мысленно рассматриваются одни лишь существенные признаки объекта (1., с.1035). В этом определении,  как и в предыдущих,  понятие это мысленное отображение существенных свойств  явлений, их объективной природы.

     С другой стороны, понятие не только выделение в обобщенном виде свойств и функций, объективно существующих явлений, но и субъективное установление границ, в пределах которых проявляют себя  те или иные явления. Так понятие «рождаемость» характеризует явление, представляющее серию однозначных  по результатам событий, ограниченных временными и  пространственными рамками. Более того, из этого явления исключаются  пограничные события, такие, напр., как мертворождение, не говоря уже об искусственном прерывании беременности.     

        Миграция населения – это понятие,  выражающее пространственное движение населения, перемещение людей из одного места в другое. При конструировании этого понятия элемент субъективизма достаточно велик.  Прежде всего, надо установить, что принимать в качестве исходных и конечных мест передвижения: объекты внутри одного населенного пункта или в разных пунктах, в одном или разных районах? Это же относится и к странам, континентам. Другая условность – продолжительность перемещения (на совсем, на значительное время, на короткий срок и т.д.). Имеются и другие условности (напр., целевая направленность перемещения), ведущие к различным трактовкам этого понятия. Тем не менее, во всех случаях наиболее существенным признаком, отображаемом в понятии «миграция населения», является пространственное перемещение населения.

       У понятия «миграционный потенциал» еще больше условностей (скорее ограничений), чем в выше рассмотренных. Оно более «субъективно», чем понятие «миграция», не говоря уже о рождаемости, смертности и т.д.  Понятие «миграционный потенциал» имеет ограничения, которые создаются и с объективной и с субъективной  стороны. Именно поэтому понятие «миграционный потенциал» не может быть лишь возможностью получения иммигрантов из  населения  той или иной страны. Здесь помимо возможности должен присутствовать еще элемент необходимости или, если хотите, целесообразности,  который обусловливается экономическими, геополитическими и иными соображениями.

        Миграционный потенциал  это оценка  миграционных ресурсов, находящихся в странах – возможных донорах для страны реципиента. Но возможность еще не действительность. Эта действительность зависит не только от возможностей стран-доноров, но и от  необходимых  масштабов и предпочтительной структуры мигрантов для страны-реципиента, а также допустимых условий их приема. Таким образом, кого включать  в миграционный потенциал, это уже не точка зрения, а продуманное, соответствующее интересам государства, решение. В этом смысле понятие «миграционный потенциал» имеет служебное значение и, стало быть, его критерии должны иметь инструментальную направленность.

     Следует добавить, что миграционный потенциал моментное явление и по масштабам и по составу участников. В течение непродолжительного времени он может не только сокращаться, но и возрастать. Так в прошлом население Средней Азии было не мобильным, повышение его подвижности давало мизерные результаты. Ныне подвижность возросла многократно. Миллионы таджиков, узбеков, киргиз,  в своем большинстве, хотя и в качестве трудовых мигрантов, но все равно находятся в других странах, в частности, в России.

     Миграционный потенциал это не только возможные  к миграции людские ресурсы, т.е. население, имеющее некие характеристики подвижности, это- население с миграционной подвижностью определенной направленности. Сама подвижность характеризует способность, возможность данной совокупности к миграции. В отличие от миграционной подвижности вообще, направленная подвижность – это миграционная подвижность, ориентированная в определенном направлении.  Она зависит от возрастной и половой структур, от генезиса населения, его этнического  состава.  Поэтому потенциал – это не вся численность населения страны-донора, а только та её совокупность, которая ориентирована  на миграцию в определенную страну. Наиболее наглядным примером чего является миграционная ориентация на свою историческую родину этнических немцев из России в Германию, евреев – в Израиль, русских из нового зарубежья – в Россию.

         Итак, миграционный потенциал – это та часть населения предполагаемых стран-доноров, которая обладает возможностью мигрировать в государство-реципиент и соответствует по своим характеристикам его требованиям, т.е. геополитически и экономически заданным критериям отбора, предъявляемым к иммигрантам будущим гражданам страны.  Основными  среди этих критериев, могут выступать два: страновой, устанавливающий количественные границы (параметры) миграционного потенциала, и этнический, определяющий его структурные предпочтения. Возможны и другие критерии, но для современной России до настоящего времени, по нашему мнению,  эти два  остаются базовыми.



предыдущая страница
содержание
следущая страница