k
главная страница демография
миграция
население регионов статьи в журналах учебная литература афоризмы
фото




МИГРАЦИЯ НАСЕЛЕНИЯ (ВОПРОСЫ ТЕОРИИ)

ИЗУЧЕНИЕ МИГРАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ В РОССИИ*

___________________________________________________________________________________________________________________

      * В основу положена глава  «Исследования миграции населения в России» из  коллективной монографии «Социология в России». Под ред. В.А. Ядова. М.1998. Глава уточнена и дополнена работами , опубликованными в 1998-2003 годах.

предыдущая страница
содержание
следущая страница


3. Исследования миграций в послевоенные годы

     В конце 50-х годов началось постепенное возрождение исследо­ваний в области миграции. Положение было тяжелым: не было ста­тистической информации о «механическом», как его тогда называли, движении населения; выборочные, в том числе социологические, ме­тоды ее сбора не одобрялись, и, что, возможно, наиболее существен­но, не было профессионально подготовленных научных кадров. Прерванная исследовательская традиция привела к тому, что пришедшая в это время в науку молодежь была вынуждена все начинать с нуля.

       Важнейшим событием с точки зрения возобновления исследова­ний миграции населения стало создание в Сибири нового научного центра – Сибирского Отделения АН СССР. В его составе был и Ин­ститут экономики и организации промышленного производства (пер­вый директор – член-корреспондент АН СССР, выдающийся эконо­мист Г.А. Пруденский), внесший огромный вклад в развитие теории миграции, социологического ее изучения. Круг проблем, которыми занимался институт и сотрудничавшие с ним научные учреждения Сибири и Дальнего Востока, был широк: восстановление и разработ­ка нового понятийного аппарата; методов исследования; показателей, адекватно отражающих территориальное перераспределение населе­ния; изучение миграционных процессов и их последствий. Непосред­ственным руководителем всей работы был Н.М. Кокосов. К сожале­нию, он успел опубликовать лишь несколько статей. В одной из них он выдвинул идею о необходимости перераспределения населения из трудоизбыточных регионов в трудонедостаточные, т.е. в регионы с де­фицитным балансом труда [22]. Это положение было настолько раци­онально, что в той или иной мере эксплуатировалось в научной лите­ратуре (не только по миграции) вплоть до конца 80-х годов.

       Уже в 1961 г. Сибирским отделением АН СССР был подготовлен обстоятельный сборник статей по проблемам трудовых ресурсов Си­бири, в котором подводились первые итоги исследований в этой об­ласти [3]. В частности, анализировались и проблемы миграции: ста­тья В.И. Переведенцева была посвящена методическим аспектам, а статьи И.М. Занданова и Л.Л. Рыбаковского – проблеме создания по­стоянных кадров соответственно в Бурятии и на Сахалине.

 Миграция – одна из актуальнейших проблем для Сибири и Дальнего Востока вплоть до сегодняшнего времени. Тогда же, в 60-е годы, она стала сферой приложения таланта для многих уче­ных, среди которых нельзя не отметить В. И. Переведенцева. По­мимо большого числа статей, ориентированных на проблематику этого края, им в 1964-1966 гг. было опубликовано 3 монографий (в том числе, одна в соавторстве с Ж.А. Зайончковской) [51; 52]. Последняя из них, хотя и повторяет отчасти материалы из первых двух, носит фундаментально-обобщающий характер для понимания процесса освоения и заселения Сибири. В ней на осно­ве огромного статистического материала и данных обследований населения трех городов Красноярского края и целинных совхозов Алтая авторы раскрывают широкий круг вопросов взаимосвязи ми­грации с естественным движением населения, трудообеспеченностью, приживаемостью новоселов. Много места в работах В.И. Переведенцева уделено  ана­лизу факторов миграции, в том числе территориальным различи­ям в уровне жизни населения, а также – механизму регионального перераспределения населения.

    Наибольший интерес представлял один из выводов автора, кото­рый в то время произвёл ошеломляющее впечатление. Во­преки сложившемуся мнению В.И..Переведенцев утверждал, что Си­бирь в результате миграции не получает, а теряет население, отдавая часть своего естественного прироста другим регионам страны, в том числе и трудоизбыточным [52].

    Вслед за работой В.И. Переведенцева в конце 60-х годов вышла с грифом для служебного пользования монография, посвященная фор­мированию населения Дальнего Востока, основные положения кото­рой в начале 70-х годов вошли в книгу по региональному анализу ми­граций [59]. В ней впервые было обосновано понятие генетической структуры населения (от лат. genesis – происхождение), давшее возможность распределить население территории по продолжительнос­ти проживания в месте постоянного жительства и районам выхода. Наряду с этим применительно к активно заселяемым районам авто­ром была разработана такая важнейшая демографическая категория, как постоянное население: были установлены критерии отнесения к нему местных уроженцев и пришлого населения; выявлены условия перехода новоселов в разряд старожилов, а также подтвержден уста­новленный еще дореволюционными исследователями и практиками десятилетний лаг этого перехода. Теоретические и методические вы­воды данной работы опирались на проведенные автором в середине 60-х годов выборочные обследования населения в районах Дальнего Востока. Отдельные фрагменты обследований были опубликованы позд­нее – в 1990 г. [58].

    В 60-е годы большой вклад был внесен в разработку методов изу­чения миграции и измеряющих ее показателей. В этой связи стоит еще раз упомянуть одну из работ В.И. Переведенцева [3]. Им опи­саны такие показатели, как число прибывших и выбывших, сальдо миграции; относительное измерение этих величин – показатели ин­тенсивности; соотношение между притоком и оттоком населения, получившее впоследствии название показателя результативности миграционного процесса; показатели миграционных потоков между районами и поселениями. Он же продемонстрировал возможность разработки этих показателей по различным срезам демографических и социальных структур населения. Позднее им были предложены показатели для описа­ния процесса приживаемости новоселов.

    Следующим шагом в разработке показателей миграции были предложенные в 1969 г. стандартизованные по двум основаниям (от­носительно населения районов выхода и населения мест вселения) коэффициенты интенсивности межрайонных связей (КИМС) [59]. На их основе была разработана матрица межрайонных миграционных связей для всех регионов России. Трудоемкость расчетов и обширность требуе­мой информации не сделали эти показатели, несмотря на их полную адекватность миграции и универсальность для сравнительного анализа, достаточно популярными в России. Помимо работ  Института социально-политических исследований РАН, они использовались также А.У. Хомрой на Украине и П.Б. Слейтером в США (Университет Западной Вирджинии). Последний осуществил разработки коэффициентов по данным обследований миграции в Шотландии, Франции и США [90]. В конце 90-х годов был защищен ряд диссертаций, авторы которых (Н.В. Мкртчян, В.В. Воробьев и Л.Б. Карачурина) успешно использовали разработанные ими матрицы коэффи­циентов межрайонных миграционных связей.

    Во второй половине 60-х годов была открыта новая страница ис­тории миграционных исследований, связанная с тремя обстоятельст­вами. Во-первых, стало возможно сопоставление данных переписей 1959 и 1970 гг., которые были широко опубликованы. Во-вторых, на суд научной общественности были наконец-то представлены увидев­шие свет работы прежних лет. В-третьих, были открыты для изучения и разрешены к публикации данные текущего учета миграционного движения населения. Благодаря этому в начале 70-х годов появились монографии, подводящие итоги многолетних изысканий в этой об­ласти. Одна за другой выходят  работы: Ж.А. Зайончков­ской, исследовавшей проблемы приживаемости новоселов в городах [12]; В.И. Переведенцева, обобщившего методы изучения миграций и издавшим книгу с аналогичным названием; А.В. Топилина, который наряду с методическими вопросами проанализировал масштабы и направления миграционных потоков в СССР, факторы миграции и влияние миграционных процессов на межрегиональное перераспределение трудовых ресурсов [77].

    Помимо уже перечисленных проблем, публикациям начала 70-х годов присуще внимание к таким аспектам исследований, как оценка достоверности статистического учета миграций, применимость и со­поставимость различных показателей, возможности математическо­го моделирования, наконец, использование социологических мето­дов сбора и анализа информации о пространственном перемещении населения. В этой связи можно назвать, например, работу И.С. Матлина [32]. Популярность миграционной проблематики нашла свое отражение в огромном числе сборников, в том числе отражающих материалы, представленные на научных конференциях, которые бы­ли опубликованы в эти годы. Необходимо назвать как работы моно­графического характера, так и обстоятельные сборники статей по различным вопросам миграции населения, вышедшие в начале 70-х. Среди них книга В.И. Староверова [73],  а также сборники статей под редакцией А.З. Майкова [43],  Д.И. Валентея [53] и др.

    С конца 60-х годов началось формирование нескольких научных центров по изучению миграции населения, имеющих собственное ли­цо и достаточно определенную проблемную специализацию. В пер­вую очередь необходимо отметить коллектив социологов, сложив­шийся под руководством Т.И. Заславской, благодаря чему принципи­ально изменился подход к изучению миграции в рамках СО АН СССР. Приоритетным направлением их исследований стал анализ ми­грации сельского населения Сибири в города. В основе всех работ ле­жал системный подход, проблемы миграции рассматривались в широ­ком контексте социально-экономического развития сел Сибирского региона; параллельно шла активная разработка методоло­гических и методических вопросов социологической науки [34; 72].

   Наиболее непосредственно с миграцией связана одна из самых ранних работ [45]. В ней, как и в большинстве работ коллектива Т.И. Заславской и ее учеников, приводятся результаты широкомасштаб­ных исследований социального развития деревни и миграции сель­ского населения. То, что объектом изучения была сибирская деревня, не ставит под сомнение фундаментальность и универсальность вы­водов авторов и, вне всякого сомнения, не стало помехой для разра­ботки теории и многочисленных методолого-методических аспектов изучения сельско-городской миграции.

    Начиная с исследований школы Т.И. Заславской, миграция стала изучаться не только статистическими, но и социологическими мето­дами – с позиций миграционного поведения, что позволило, рассма­тривая причины миграции, включить в механизм принятия решения о смене места жительства не только объективные, но и субъективные факторы. Еще на рубеже 60-х и 70-х годов Т.И. Заславская отмечала, что причины миграции лежат не только в закономерностях развития производства, но и в трансформирующихся потребностях, интересах и стремлениях людей; формирование миграционных установок про­исходит, с одной стороны, под воздействием внешних обстоятельств и стимулов, с другой – в силу особенностей самого индивида [45]. Отметим, что анкетные обследования миграции населения проводи­лись в Сибири, на Дальнем Востоке, да, видимо, и в других районах еще до того, как эти вопросы стали стержнем социологических ис­следований коллектива
Т.И. Заславской. Тем не менее, именно этот коллектив заложил методологические основы изучения миграционного поведения.

   Добротность разработки теоретических и методических вопро­сов изучения миграционного поведения в сочетании с широким ис­пользованием математического моделирования позволили коллекти­ву авторов добиться важных результатов не только в понимании дви­жущих сил сельско-городской миграции, но и по широкому кругу смежных проблем [33; 46]. Уже в 80-е годы, продолжая начатые ра­нее работы, некоторые сотрудники (Л.В. Корель, М.А. Шабанова и другие) этого института опубликовали серию монографий [23; 88].

    Другая школа миграционных исследований начала формировать­ся во второй половине 60-х годов на экономическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова. Основными направлени­ями деятельности Центра по изучению проблем народонаселения стали разработка общих вопро­сов миграционной подвижности населения и изучение миграции на­селения в контексте проблем урбанизации. На концептуальном уров­не эта тематика была разработана Б.С. Хоревым и отражена в ряде монографий [83, 84, 85]. Результаты конкретных исследований пред­ставлены в диссертационных работах и публикациях его многочис­ленных учеников и последователей. Нужно отметить, что некоторые из его учеников не ограничивались исследованием названных про­блем. Например, В. Н. Чапеком написана интересная монография по вопросам сельской миграции [86].

    Несколько подробнее стоит остановиться на трактовке Б.С. Хоре­вым и его коллегами некоторых теоретических проблем миграции и понятийного аппарата. Так, в коллективной монографии сотрудников Центра, вышедшей в свет в 1974 г., Б.С. Хорев дает свое понимание такого широкого понятия, как территориальная подвижность населе­ния. По его мнению, это совокупная характеристика межпоселенных перемещений любого вида, совокупность различных форм миграции, которые взаимосвязаны и взаимозаменяемы [35]. Позднее, в 1978 г., в соавторстве с В.Н. Чапеком им была опубликована еще од­на работа, в которой  специальная глава посвящена концепции миграционного движения населения во всех его формах. Авторы ста­вили перед собой цель дифференцировать такие понятия, как «мигра­ция населения» и «миграционное движение», рассматривая первое как часть второго. В то же время они считали миграционное движе­ние синонимом подвижности населения вообще [85].

Конечно,  знания о миграции как социаль­ном процессе, рассматриваемом и в узком, и в широком смысле слова, представляющем и готовность к миграции и само переселение, в 70-е годы были иными, чем в 80-е и последующие годы. К сожалению, отождествление таких понятий, как «миграционная подвижность», «миграционные перемещения» и «миграционное движение», сохранилось в отечественной на­уке  и до настоящего времени.

К началу 80-х годов стало ясно, что миграция населения в ее без­возвратном виде и его миграционная подвижность вообще – не си­нонимы, а различные стадии миграционного процесса, который включает три фазы: формирование мобильности, собственно перемещение и приживаемость новоселов на новом месте жительст­ва. Возникла необходимость в принципиальном методологическом и терминологическом уточнении, которое и было сделано Т.И. Заслав­ской и Л.Л. Рыбаковским: «В настоящее время в литературе встреча­ются три толкования термина «мобильность». В одних случаях он рассматривается как синоним слова «перемещение» (переселение), в других – как общее понятие для обозначения потенциальной и ре­альной миграции, в третьих, – как потенциальная готовность населе­ния к изменению своего территориального статуса. Не связывая се­бя ранее опубликованными работами, мы хотели бы высказаться в пользу последнего толкования, предпочтительность которого – в четком разграничении психологической готовности к перемещению и фактического перемещения» [14. с. 64]. Ниже будет показано, что сформулированное в 1978 г. положение нашло отражение в теории трехстадийности миграционного процесса [57]. Здесь же, резюми­руя вклад сотрудников Центра по изучению проблем народонаселе­ния в развитие миграционных исследований, заметим следующее. Изучая различные виды миграции (у Б.С. Хорева – формы): стацио­нарную, маятниковую, сезонную, а также межрайонные и межпосе­ленные перемещения [35],  и в работах 80-х го­дов не разграничивается миграция и миграционная подвижность на­селения, а такая стадия миграции, как приживаемость новоселов, ограничивается узкими рамками адаптации [47]. Последнее заблуждение и поныне широко распространено.

Третий научный центр по изучению миграции был сформирован в середине 70-х годов в Институте социологических исследований АН СССР (позднее – Институт социологии РАН и Институт социально-политических исследований РАН). Его создание сов­пало со знаменательным событием, наложившим на долгие годы от­печаток на проводимые в стране исследования в этой области. Речь идет о решении директивных органов страны относительно запрета на открытые публикации демографических и многих иных сведений и об ограничении доступа к ним без специального разрешения. При­менительно к данным о миграции можно говорить о тотальном «за­крытии» информации на том основании, что в составе мигрантов  находятся и мобилизационные контингенты. В то время в этой области «правили балом» не ученые из академии наук и специалисты ЦСУ, а генералы из Министерства обороны. В связи с этим издавать было возможно только результаты исследований,  из опубликованных ранее работ, а также работы теоретического и мето­дического характера и материалы выборочных социологических об­следований. Смешно сказать, но российской науке повезло, необходимость преодоления объективных трудностей стимулировала теоретические и социологические изыс­кания в области миграции.

      С конца 70-х до начала 90-х годов сотрудниками  Института социологии был выполнен ряд крупных исследова­ний и опубликовано множество работ, посвященных разработке трех теоретических и методических проблем. Первое место принадлежит дальнейшей разработке комплекса вопросов регионального анализа миграций. Дело в том, что до конца 70-х годов миграция рассматри­валась лишь как межтерриториальное (межпоселенное) явление, а ее регионализация сводилась к описанию различий в показателях меж­ду отдельными территориями. При этом каждое индивидуальное от­клонение показателя от средней считалось проявлением региональ­ного своеобразия. В этом усматривался весь смысл анализа террито­риальных особенностей миграционных процессов, а их исследовани­ем в подобном ключе занимались многие ученые. Но ведь особенности бывают не только на индивидуальном, но и на групповом, т.е. типическом уровне, а районы являются не только униками, но и аналогами.

    Суть нового подхода, получившего в литературе название про­блемного, состояла в несводимости региональных различий к откло­нениям их количественных параметров, с одной стороны, и к геогра­фическому положению тех или иных регионов – с другой. Степень дифференциации регионов должна оцениваться с точки зрения каче­ственных различий, т.е. типов миграционных проблем. Классифика­ция территорий была произведена на основе специально разработан­ной системы показателей с использованием методов многомерного статистического анализа. Были выделены следующие типы проблем: повышение приживаемости новоселов в районах вселения; увеличе­ние миграционной подвижности представителей титульных нацио­нальностей автономных республик; стабилизация сельского населе­ния в центрально-европейской части страны [29; 69].

    Из такой по­становки вопроса вытекало два важнейших вывода: во-первых, каж­дая проблема в силу своей специфичности и различия порождающих ее факторов требует не менее специфичных подходов к ее решению; во-вторых, оценка уровней отдельных показателей миграции, равно как и ее последствий, для того или иного региона может быть дана лишь в контексте доминирующей миграционной проблемы.

    Вторым направлением исследований ученых  Института социологии было развитие ранее сформулирован­ной идеи о трехстадийности миграционного процесса, представля­ющего последовательную цепочку событий. Исходным моментом является формирование предпосылок территориальной подвижнос­ти населения. Вторая стадия – собственно перемещение, миграция или изменение территориального статуса. Свое завершение мигра­ционный процесс находит на третьей стадии – приживаемости пе­реселенцев (новоселов) на новом месте. Эти три стадии не только последовательны, но и связаны между собой. Для понимания логи­ки трехстадийного подхода важны два момента. Во-первых, прижи­ваемость не идентична одной адаптации – это двусторонний про­цесс, предполагающий множество исходов, связанных со специфи­кой обустройства новоселов. Во-вторых, способность к переселе­ниям у определенных групп населения не означает автоматическо­го формирования соответствующих контингентов потенциальных мигрантов. Не совпадают и совокупности потенциальных и факти­ческих мигрантов.   

    Незавершенность этой теории состояла в том, что третья стадия миграционного процесса рассматривалась лишь как  приживаемость новоселов, без оценки таких явлений, как  формирование населения в ходе колонизации новых территорий или пополнения постоянного состава населения старообжитых  районов, имеющих различные значения сальдо миграции.  Не принималось во внимание и участие мигрантов в воспроизводстве населения. Все эти вопросы были разработаны позже.

    Третье направление деятельности демографов Института социологии сводилось к развитию теории миграционного поведения, в которой были сформулированы базовые теоретические положения, понятия, категории [57], а также были заложены фундаментальные методические основы для систем­ного изучения особенностей миграционного поведения разных соци­ально-демографических и территориальных совокупностей населе­ния [68]. Работы Института стали универсальной методической базой для большого числа исследовательских проектов, реализованных в регионах России и бывшего СССР. Их материалы опубликованы в монографиях  [63; 54 и др.]), в огромном числе статей и докладов на конференциях; они послужили основой десятков диссертаций  сотрудников, аспирантов и докторантов Института.

   Завершая анализ изучения миграции населения в 60-80-е годы,  необходимо сказать, что в тот период многими учеными, сначала экономистами и географами, а затем и социологами, проводились многочисленные исследования миграционных процессов, результаты которых, к сожалению, не публиковались, оставаясь продукцией «для служебного пользования». Следует упомянуть работы Совета по изучению  производительных сил, Центральной научно-исследовательской лаборатории трудовых ресурсов, географического  факультета МГУ и многих других столичных и периферийных  научно-исследовательских учреждений и вузов страны.



предыдущая страница
содержание
следущая страница